 4 февраля, несмотря на морозную погоду, огромное количество людей вышли в Москве на улицы для участия в митингах – как оппозиционных, так и в поддержку существующей власти. В студии программы “Гражданин Гордон” - представители обеих сторон пытаются понять, почему выражение гражданской позиции стало столь ярким, чего хотят митингующие, чего они боятся.
“Мне – 56 лет, и я не хочу умереть в стране, которая для всего мира сейчас - самая непопулярная, самая презренная страна в мире”, - заявил журналист Артемий Троицкий, отвечая на вопрос о причинах своего участия в акциях протеста. - Я на 100% уверен, что те, у кого власть теперь, ее абсолютно не заслуживают, поскольку это люди стопроцентно себя дискредитировавшие повсюду”. По его мнению, “власть создала систему коррумпированности, безнаказанности, силовиков, питательную среду для преступности и коррупции”. “Надо что-то менять, и это очень просто, - отметил журналист. - В Конституции написано “не более двух сроков”. Потом там стоит одно дурацкое лишнее слово “подряд”, но на самом деле, два срока парень отслужил – и хватит”.
Политический консультант Анатолий Вассерман, напротив, уверен, что “у нас плохо далеко не все”. “Положение дел в целом по сумме всех показателей меняется к лучшему”, - считает он. Подводя итог 12 годам существующей власти, Анатолий Вассерман отметил: “Если кто-то полагает, что за эти годы ничего не изменилось к лучшему, то он, очевидно, живет не в той стране, в которой живу я. Если кто-то полагает, что за эти 12 лет можно было сделать существенно больше, то он, несомненно, располагает волшебной палочкой. Поэтому я очень хотел бы полюбоваться вашей волшебной палочкой”.
“То, что стало интереснее жить, это факт, - считает режиссер Андрей Кончаловский. - Потому что появилось общественное движение, возникают люди, которые хотят принимать участие в том, как формируется государство”. По мнению режиссера, “это значит, что власти теперь сложно просто взять дубинки и разогнать”. Вместе с тем, подчеркнул Андрей Кончаловский, “возникает вопрос: есть ли у людей, которые собираются на площади, которые требуют смены правительства, уверенность в том, что эти хорошие правильные честные люди, придя туда, все сделают как надо?”
“Мы имеем дело с очень положительным явлением - пробуждается народ, пробуждаются взгляды на будущее России, - отметил философ Александр Дугин. - Наше общество возвращается к политике, политика возвращается в нашу жизнь, и пусть это будет продолжаться”. По мнению эксперта, “на митинге на Поклонной горе была патриотическая политика русского большинства, которое предъявило претензии и к власти тоже”. “А на Болотной собрались представители обойденной элиты, малого народа, который требует определенного реванша в своем ключе, - добавил Александр Дугин. - Два проекта развития России: патриотический, суверенный, державный, имперский – на Поклонной горе и либерально-западнический, проамериканский, либерал-демократический – на Болотной. И это вполне, на мой взгляд, нормально”.
“Митинги, конечно, - это нормально, - заметил историк Юрий Пивоваров. - Но в феврале 1917 года тоже думали, что все нормально, а потом абсолютно неожиданно для всех снесло целую страну. Значит, надо быть очень осторожным”. По мнению эксперта, “мы находимся в очень глубоком политическом и конституционном кризисе”. “Существующая политическая система не позволяет работать оппозиции, - уверен он. - Нужна новая Конституция с новой системой сдержек и противовесов, которая позволит парламенту, суду и так далее ограничить самодержавную власть российского Президента. Все благие пожелания не кончатся ничем, если не будет дана политическая система, учитывающая и оппозицию, и власть”.
“Когда люди вышли на митинг за честные выборы, я полностью это поддержал”, - заявил политолог Сергей Кургинян. - Я просто не хочу, чтобы этот лозунг был отброшен, чтобы он смутировал к лозунгу “Долой самодержавие”. При этом эксперт подчеркнул, что он – вовсе “не за самодержавие, а против то, чтобы собрать благородную общественную энергию под определенным лозунгом, а потом начать ее двигать в деструктивную сторону, в сторону мятежа”.
|
|
На Западе Артемьев до сих пор считается синонимом для одного из основных столпов электронной музыки, что в основном идет от обоих "классических" фильмов Тарковского "Солярис" (СССР, 1972) и "Сталкер" (СССР, 1980) наряду с его более ранними композициями, такими как музыка, открывающая Олимпийский Игры 1980 года в Москве. В обоих фильмах он делают основную ставку на доминирующие звуки синтезатора, которые дополняются соответственно мелодично (цитаты из Баха в "Солярисе") или колыхаще-монотонно ("Солярис" и "Сталкер"), а также при помощи избранных инструментальных аспектов (медитирующие дзен-звуки и перекрывающие их азиатские струнные инструменты и флейты в "Сталкере").
sluza_2
